Масло для деревянного коттеджа зимой: сезон, который я увёл внутрь
Двадцатое декабря, звонок из пригорода. Заказчик хочет, чтобы бригада добила фасад коттеджа, пока снега мало.
Приехал с термометром. В час дня на южной стене было минус шесть, к четырём стало минус девять.
Отказался и уехал. Через неделю мы вернулись на тот же дом и отработали там весь январь.
Только не снаружи.
Сергей, наружная отделка. Зиму я много лет считал дыркой в году: бригада сидит, аренда идёт, заказчик звонит и спрашивает про сроки.
Потом сел и посчитал. Масло для деревянного коттеджа зимой никуда не девается, просто оно уезжает с улицы в тёплый контур.
Ниже мой январь на том доме: чужие градусы, проценты дерева, миллиметры на половице и 55 квадратов, разложенные по банкам.
Чужой регламент упирается в плюс пять
Своих температурных порогов мы не объявляем, поэтому в голове у меня чужие. Портал лесной биржи выложил регламент нанесения масла Osmo для Москвы, и он висит у меня в закладках вторую зиму.
Границы там простые. Работать при температуре от плюс пяти до плюс тридцати. Держать поверхность минимум на 3 градуса выше точки росы.
Между слоями 8–12 часов, полная нагрузка через 7–10 дней. Расход по тому же регламенту 30–40 г на квадрат в слой.
Теперь январь. По климатической норме Владивостока средний суточный максимум января минус 8,1 градуса, средняя температура минус 12,3, средний минимум минус 15,4.
Возьми нижнюю границу чужого регламента и вычти наш средний максимум. Тринадцать градусов с десятой.
Не «холодновато». Тринадцать.
В декабре разрыв 10,1 градуса, в феврале 9,2. Ни один зимний месяц не дотягивается до чужой границы даже собственным потолком.
И это ещё без точки росы. В оттепель венец на северной стене отстаёт от воздуха, и поверхность уходит вниз тогда, когда термометр в руке показывает плюс.
Соседняя бригада в ту же зиму рискнула. Февральская оттепель, трое плюсовых суток подряд, фасад гостевого дома у залива.
Хозяин пересказывал мне это в июне так: «Легло красиво, а к маю стена стала как замша». Состав прихватило на холодной поверхности и оставило лежать сверху, вместо того чтобы уйти в дерево.
Трое суток оттепели тут ничего не решают. В том же регламенте стоят 7–10 дней до полной нагрузки, а столько плюса февраль нам не выдаёт ни разу.
Так что фасад в декабре я не крою. Литры на него считаю осенью и откладываю до апреля вместе с лесами.
Зато внутри дерево в январе самое узкое за год
В топлёном доме воздух зимой сухой, и это не ощущение, а числа. Норматив по микроклимату жилых зданий держит в холодный период 30–45 % и допускает не больше 60 %.
Оговорюсь сразу: этот стандарт про воздух в комнате. О своих составах мы по нему ничего не заявляем.
Мой гигрометр на таких объектах в январе показывает 24–28 %. То есть ниже нижней оптимальной границы, и никого это не смущает.
Дальше работает справочник по сушке древесины. Дерево подтягивается к воздуху и на каком-то проценте останавливается: это равновесная влажность.
При 20 градусах и воздухе 30 % дерево встаёт на 6,0 %. При воздухе 60 % — на 10,9 %. При 70 % — уже 13,0 %.
Летом в этом же коттедже окна нараспашку, за окном июльские 92 % наружной влажности. Зимой отопление, мои 24–28 % и шесть процентов в доске.
Между двумя состояниями 4,9 процентного пункта. Одна и та же лестница, один и тот же год.
Проверить себя на своём объекте можно за две минуты. Повесь гигрометр в комнате, где будешь работать, и посмотри на него утром, до чайника и до душа.
Стрелка ниже тридцати? Значит, доска под твоей кистью уже сидит около шести процентов, что бы там хозяин ни говорил про сырость в углу.
Вот за это я январь и полюбил. Дерево внутри стоит сухое, берёт ровно и не выталкивает слой влагой из глубины.
Но у той же сухости есть вторая сторона. Она стоит денег.
Полтора миллиметра, из-за которых я не трогаю щели зимой
Теряя процент влаги, древесина теряет и размер. Справочник даёт коэффициенты усушки поперёк волокон: сосна 0,28 % на каждый процент, лиственница 0,35, дуб 0,29, берёза 0,31.
Считаю сосну на нашем перепаде. 0,28 умножить на 4,9 даёт 1,37 % ширины.
Доска 90 мм теряет 1,2 мм. Сто сорок — 1,9. Сто девяносто — 2,6.
Поодиночке ерунда, на неё и не смотрят. Десять сосновых половиц по 140 мм в одном ряду дают 19 мм: почти два сантиметра щелей, которых в июле не было.
Лиственница той же ширины уходит на 2,4 мм. Полмиллиметра разницы на доске, а на ряду уже пять.
Каюсь, однажды я на это забил. Февраль, сосновый пол, заказчик водит пальцем по щели у стены. Я взял шпаклёвку по дереву и закрыл их красиво.
К июлю пол поднялся горбом у порога. Переделка вышла дороже всей той работы.
Теперь зимой я кладу масло, а геометрию не трогаю. Ни шпаклёвки в щель, ни плинтуса впритык, ни последней половицы, забитой намертво.
Пятьдесят пять квадратов, которые уходят в январь
Тот коттедж из клеёного бруса я разделил надвое ещё в смете. Улица на весну, тёплый контур на зиму.
В зимний заход попали потолочные балки 34 квадрата, лестница из ясеня 12 и подоконники с откосами 9. Пятьдесят пять квадратов.
Норма по нашей линейке одна: около 50 мл на квадрат в слой. Литр закрывает 20 квадратов в один слой и 10 в два.
Значит, 55 квадратов в два слоя это 5,5 литра, или 11 банок Interior Wax по 0,5 л.
По рознице банка стоит 1 860 рублей, квадрат в два слоя выходит 372. Считаю обоими способами и сверяю числа между собой.
55 на 372 равно 20 460. Одиннадцать банок по 1 860 дают те же 20 460 рублей. Округление тут не набежало вовсе, что случается редко.
Зимой у меня есть то, чего в июле не бывает: предсказуемое окно. В доме двадцать градусов, а прогноз погоды остался за стеной.
Летом на улице я ловлю сухие сутки и переношу выход по три раза. Тут просто работаю по плану, и бригада знает его на неделю вперёд.
Зимних привычек у меня три, и летом их нет ни одной.
Банку заношу в дом накануне. Ночевавшая в кузове на морозе, она идёт из машины холодной, и работать ею я не берусь.
Комнату настежь не проветриваю. Иду захватками: марш лестницы, потом простой, потом откосы и подоконники.
Тон согласую до короба. Флакон пробника 100 мл закрывает 2 квадрата в один слой, и хозяин смотрит выкрас при своей лампе, а не при моей.
Границу проговариваю вслух на входе, чтобы потом не спорить. Масло внутри не остановит усушку и не склеит паз: оно закрывает поверхность и работает по истиранию, а дерево всё равно дышит вслед за воздухом.
Что теперь стоит в моём ноябрьском разговоре
Раньше я в ноябре обещал уложиться до холодов. Приходилось потом переносить, и разговор выходил тяжёлый.
Теперь честно делю дом на два объекта и называю два срока. Улица весной, с литрами, посчитанными заранее: как я считаю их по развёртке, разбирал в материале про расход масла на фасад дома из бруса.
Тёплый контур зимой, по 55 квадратов на такой дом, с оговоркой про щели в договоре отдельной строкой.
Материал под зимний заход держу у себя, а не еду за ним в мороз через весь город. Кабинет в оптовом разделе Yachidamo я завёл ровно поэтому: вход от 30 000 рублей, 10 % на первый счёт, отгрузка со склада за 24 часа, склады во Владивостоке и Москве. За эту зиму пригодилось дважды.
А декабрь у тебя — это простой бригады или вторая половина объекта?